Джинны — прирученные духи Ирема, которых держат в печати и передают по наследству.
Джинн и ифрит. Дух, прошедший службу у сахира, — джинн. Он держится людей и сам идёт в печать. Ифриты и джинны ненавидят друг друга звериной враждой, как волк и пёс, и пустыня — поле их вечной войны.
Родовые джинны. Джинн передаётся по наследству и с каждым поколением вбирает ещё одну душу и становится сильнее. Поэтому он сильнее любого из тех, кто его держит: в печать наследника он идёт не силой, а по привычке, и сын-мистик может принять от отца-героя духа-владыку. Сила в Иреме не равна ступени души: юноша старого дома бывает страшнее героя без джинна. Древний род — это род со старым джинном, в котором собраны все предки; знатность меряется возрастом джинна. Глава дома решает, держать ли всю силу одному или разделить с сыновьями и братьями ради надёжного наследования, — и каждый, кто держит часть, может однажды потребовать всё. Джиннов меньше, чем желающих, и в каждом доме есть младшие с готовыми печатями, ждущие своего часа.
Вольные джинны почти не встречаются: они появляются, только если род пресёкся или наследник не справился. Отпущенный джинн дичает и снова становится ифритом, а заточить силой можно лишь духа не сильнее себя. Поэтому потерянный старый джинн для рода — потеря навсегда.
Джинн и дом. Знать в смерти уходит в джинна своего дома, к предкам, а простые люди ищут руку знатного дома, чтобы его джинн принял и их; вера Ирема — предки в джиннах (см. Ирем). Джинн султана — державный, дух божественной силы, вобравший души многих султанов.